22:59, 2 марта 2024 Сб

Алмамбет Шыкмаматов: Будем материть власть на кухнях

Алмамбет Шыкмаматов: Будем материть власть на кухнях — Today.kg

О перспективах президентства Сапара Исакова, когда нам ждать очередную революцию, почему власть будем ругать только на кухнях и как не вернуться в средневековье, чтобы женщина действительно не стала мясом, 24.kg рассказал Алмамбет Шыкмаматов.

— Алмамбет Насырканович, недавно Александр Лукашенко заявил, что следующая схватка за передел мира будет в Центральной Азии. Авторитетный The Economist включил Кыргызстан в список стран, где из-за продовольственного и энергетического кризиса в ближайшие 12 месяцев могут произойти беспорядки. Знакомы с этими прогнозами? Нам уже надо начинать бояться?

— Бояться не надо, но надо быть начеку. Центральная Азия никогда не была безмятежной гаванью. Географически наш регион расположен на пересечении геополитических интересов крупнейших мировых центров силы. Но все процессы, которые мы наблюдали у наших соседей в этом году, носят все-таки, на мой взгляд, локальный характер и вызваны в большей степени местными проблемами и конфликтами внутри элит.

Другое дело, что любой внутренний конфликт может быть использован внешними силами в свою пользу. Поэтому решение проблем продовольственной, энергетической, финансовой, политической безопасности для всех стран Центральной Азии первостепенно.

Есть одна известная историческая байка о Мольтке — начальнике прусского и германского генеральных штабов при великом Бисмарке. Когда Наполеон III объявил войну Пруссии, весть об этом принесли Мольтке как раз в тот момент, когда он спал. Его разбудили, он, не вставая с кровати, сказал: «Возьмите план в третьем ящике комода». Повернулся на другой бок и опять заснул.

Я это к тому, что, чтобы спокойно спать, у нашего правительства должен быть не один план. У нас должны быть готовые планы во всех ящиках комодов на все случаи жизни. Мы должны быть готовы к любым кризисам. Надеюсь, власть это понимает.

— А что думаете насчет навязчиво распространяемых слухах о том, что осенью у нас будет очередная революция. Называются даже имена тех, кого некие внешние силы собираются посадить на трон. В частности, говорят о Сапаре Исакове.

— Честно говоря, мне даже комментировать это не хочется. Наше общество — это общество слухов. Заговоры, конспирология. Мы скорее поверим в галиматью, чем в научно обоснованные факты, простейшую логику.

Я прекрасно помню, еще со времен Акаева, как только избирался новый парламент, тут же начинались разговоры о том, что его вот-вот распустят. Почему, зачем, этими вопросами никто не задавался. Теперь регулярно сочиняют байки об очередной революции. То весной, то осенью.

Причем нового ставленника в этих слухах определяет всегда Кремль. Так и говорят: Кремль сделал ставку. Для меня все это показатель деградации нашего общества и следствие трех переворотов.

Потому что никакой реальной почвы сегодня под этими слухами нет. Но вот даже вы просите прокомментировать слухи, а не, например, результаты последнего соцопроса.

— Если почвы нет, и все в нашей стране замечательно, то почему появляются такие слухи?

— Я не говорил, что у нас все замечательно. Я сказал, что сегодня почвы для переворота нет.

Во-первых, новая власть пришла недавно. Чуть больше года новой редакции Конституции, все еще идет формирование институтов власти и команды управленцев.

Во-вторых, власть коммуницирует с населением. Она не отгорожена фигуральным и буквальным забором и придворной челядью от народа. Президент открыт, лично сам через СМИ и социальные сети доносит свою позицию до граждан, комментирует злободневные темы. Он ездит по регионам, встречается с людьми.

Вспомните, как попрекали Соке тем, что он вообще из Бишкека не выезжает. Сейчас однозначно есть то, что называется «обратная связь между властью и народом».

Скоро, надеюсь, заработает еще одна диалоговая площадка — Курултай. Законопроект о нем, насколько я знаю, уже готов. Если все будет сделано, как задумывалось, то Курултай станет реальным институтом народовластия.

В-третьих, в условиях жесточайшего глобального экономического кризиса мы умудряемся не только держаться на плаву, но и демонстрировать рост. Увеличиваются налоговые и таможенные сборы. Причем значительно. Сравните, первые шесть месяцев 2021 года — налоговая собрала 47 миллиардов сомов. А за такой же период этого года — почти 70 миллиардов. Как говорится, почувствуйте разницу.

Если верить Акылбеку Жапарову, то мы не просто выжили, но как-то умудрились еще и экономику улучшить.

В-четвертых, наш народ сыт по горло революциями. Поверьте, я много езжу по регионам, разговариваю с людьми и знаю, что говорю. Ментально уже есть это понимание, что очередной переворот ничего не меняет. Только хуже становится. А значит — он лишен смысла.

Недавно прочел книгу Фрэнсиса Фукуямы «Конец истории». Всем рекомендую. Там есть интереснейшая мысль о том, что главная слабость государств заключается в неспособности к легитимности. Любая революция, переворот, как хотите, наносит мощнейший удар именно по легитимности государства, его институтов. И, кстати, не является способом стопроцентного отстранения от власти старого режима. То есть формальная силовая замена ашмата на ташмата ничего не дает.

Кыргызстану надо было пройти через три таких смены власти, чтобы пришло понимание — если мы не хотим потерять государство, больше никаких революций допускать нельзя.

У нас уже сейчас есть государственные институты, чья легитимность существенно утеряна. Так что для нас, надеюсь, в этом смысле наступил «конец истории» с кыргызскими революциями.

— А социальный бунт возможен? Цены ведь растут буквально на все.

— Да, цены растут. Они растут во всем мире. Кыргызстан не исключение. Вон, в Америке галлон бензина стоит почти 10 долларов. В Европе министры по телевизору рассказывают, что душ надо принимать не больше 10 минут в целях экономии. Свои трудности есть везде. И будет еще сложнее. Пандемия перестроила экономику, разрушила глобальные логистические цепочки. Похоже, что эпоха глобализации вообще подходит к концу.

Кыргызстану, как и другим странам, придется быть более самодостаточным, а правительству надо серьезно озаботиться программой импортозамещения.

Мы вынуждены будем более осознанно подходить к процессу потребления. Но до голода и социальных бунтов, уверен, не дойдет.

Тем более в Кыргызстане социально-экономические проблемы никогда не были и не будут поводом для сноса власти. Несправедливость — да. Кричащая несправедливость, помноженная на коррупцию, когда рядом нищий народ, а мимо проносятся на бронированных «гелендвагенах» хозяева жизни, может привести к очередному «кетсин». Но только социальные и экономические проблемы — нет. То есть к недовольству они, безусловно, приведут. Но так, чтобы выйти на улицу и требовать смены власти, нет. Такого не будет. Население будет бунтовать в соцсетях, материть власть на кухнях, но громить «Белый дом» не пойдет.

И вообще, практика поиска справедливости толпой на площади должна быть изжита. Справедливость нужно искать и находить в судах. А менять власть только через выборы.

Если хотите, намного тревожнее роста цен меня беспокоит отсутствие реальной оппозиции. Я не беру во внимание отдельные группы вокруг отдельных политиков, торгующих лицом, а не идеями. Я сейчас о яркой, ценностной оппозиции. Она обязательно должна быть. Чтобы та самая пресловутая политическая система сдержек и противовесов работала. Это очень важно для долгосрочной политической стабильности.

— Среди политиков, депутатов парламента немало тех, кто открыто критикует власть. Они не оппозиция?

— Да, критиков власти у нас более чем достаточно. Но я не про них. Я про оппозиционеров масштаба Бекназарова или Текебаева. Они были рождены оппозиционерами, и если говорить на их примере о роли личности в истории, то она значительна. Таких сейчас даже на горизонте не видно. А качественной, идейной оппозиции очень не хватает.

— Откуда она должна взяться? Из нового поколения молодых политиков?

— Вот, это главный вопрос. И он не только об оппозиции. Он об управленческой, политической элите в целом. Я считаю, что подготовка, взращивание новой элиты страны — одна из главных задач государства. Вспомните знаменитый сталинский лозунг «Кадры решают все». К фигуре Иосифа Виссарионовича можно относиться по-разному, но тут он абсолютно прав. Кадры, действительно, решают все.

Знаете, почему все-таки развалилась империя Чингисхана? Потому что он не создал устойчивый механизм воспроизводства элиты. Все завоевания в итоге утонули в междоусобицах, интригах между родственниками.

Подготовка элиты — это большой, сложный вопрос. Я понимаю, что мы не можем завтра с нуля создать свой Итон, Оксфорд или Кембридж, как в той же Англии с ее вековыми традициями централизованной подготовки будущей элиты. Но начинать нужно уже сегодня.

— Где мы и где Англия. Разные условия жизни, разный менталитет...

— ...Никакая разница в менталитете не мешает получать образование в лучших вузах мира. Возьмите историю Японии. После капитуляции во Второй мировой войне там царила бедность, разруха. Но несмотря на проблемы в экономике, Япония начала массово отправлять свою молодежь учиться в самые престижные университеты мира. Расчет был простой. Они окончат обучение, вернутся на родину и помогут стране выйти из кризиса. Так и случилось. Уже во второй половине 60-х годов Япония превратилась в одну из ведущих индустриальных мировых держав. А те, вчерашние студенты западных университетов, стали авторитетами в разных областях, большинство из них сделало блестящую карьеру в бизнесе, управлении, политике.

Скажете, что это тоже неадекватный пример? Посмотрите на наших соседей. Казахи после развала Союза сумели создать свою систему высших военных учебных заведений и кадетских корпусов. В 2008 году Назарбаев запустил проект интеллектуальных школ для способных ребят из глубинки. По программе «Болашак» каждый год казахское правительство отправляет учиться в лучшие западные вузы около трех тысяч студентов. Да, там есть свои плюсы и минусы, но факт — Казахстан думает о своем будущем и получает каждый год высокообразованные кадры в разные сферы деятельности.

Мы пытались создать что-то подобное в виде программы «Кадры XXI века». Но много вы знаете ее выпускников, которые сейчас сидят в парламенте или работают в правительстве?

Есть и другая проблема, напрямую связанная с уровнем образования — это общий культурный кризис. Мы потеряли наши нравственные, ценностные ориентиры. Последняя трагедия с изнасилованием 13-летней девочки. Вдумайтесь, ребенка насиловали не какие-то маньяки, а те, кто по долгу службы должны нас защищать.

А ведь это драма не только отдельно взятой семьи, конкретного ребенка. Это драма всего нашего общества. Мы слишком часто в последнее время переходим красную черту. Насилие недостаточно осуждается и постепенно становится нормой. Вот, что страшно.

Я считаю, что власть недостаточно жестко отреагировала на этот жуткий случай.

Власть, конечно, должна над этим думать. Думать вместе с гражданским обществом, интеллигенцией. Нужен комплексный многозадачный подход. В том числе и в области идеологии, культурной политики. Долгие годы мы все были заняты преимущественно экономикой, упуская гуманитарную сферу. Должны появиться другие социальные образцы и лидеры общественного мнения. Потому что их вакуум замещают безграмотные деятели, сравнивающие женщин с мясом или пытающиеся ввести какие-то глупые запреты. И все, кроме десятка активисток, молчат. В XXI веке мы не должны погружаться в средневековье. Мы подсчитываем, сколько мечетей построили в регионах. А сколько за последние годы мы построили в регионах домов культуры, сколько библиотек открыли?

Что касается управленческих кадров, то можно уже сейчас сформировать президентский кадровый резерв. У нас есть умные молодые ребята, получившие хорошее образование. Но они не видят перспектив на государственной службе и вообще в политике. Им надо показать четкие ориентиры, социальные лифты, через которые они могут передвигаться по карьерной лестнице.

У нас очевидный кадровый голод. И это уже проблема, которую необходимо решать.

Надо провести функциональный анализ программы «Кадры XXI века», поручить нашим послам в западных странах заниматься не только поиском потенциальных инвесторов, но и проработать с высшими учебными заведениями возможности приема на учебу студентов из Кыргызстана.

Подумать над проектом открытия государственных интеллектуальных гимназий в каждом регионе. Не для детей богачей, а для способных ребят, независимо от того, есть ли у их родителей деньги.

Тут можно активно использовать механизм государственно-частного партнерства. Это то, что сразу приходит в голову.

up